Стихи классиков

Задумывались ли Вы когда-нибудь о происхождении сленгового слова "класс", которое сейчас так популярно среди молодёжи? Классный - первоклассный - классический - образцовый. Стихи классиков всех времён и народов - тот самый образец мыслей, чувств, тем, который отражает в себе весь человеческий мир с его противоречиями, болью, счастьем. Тот, кто не только понаслышке знает настоящих классических поэтов, по-настоящему культурный человек.

Поэты античности

Многие культуроведы по праву приравнивают понятие классического к древнегреческому. Действительно, культура Античности стала образцом, на который ориентировалась мировая поэзия в течение многих последующих веков.

  • Луций Анней Сенека - древнеримский поэт, живший около IV века до н. э. ("О развалинах Греции")
  • Гораций - древнеримский поэт, живший около VIII века до н. э. ("Оды")

Высокий, торжественный стиль стихов этих классиков стал примером для подражания для многих более поздних поэтов.

Лирика эпохи возрождения

Бессмертная классическая поэзия Данте, Петрарки и Боккаччо выводит на авансцену личность с его внутренними переживаниями. Культура наконец оторвалась от тяжёлых тем и обратила свой взор на мятущуюся в поисках любви и истины душу простого человека. Стихи классиков этой эпохи - чувственность и лёгкость: "Стихи о каменной даме" Данте, волшебные сонеты Петрарки, "О женщина, услада из услад..." Боккаччо.

Европейская классика

Имена европейских классических поэтов известны всему миру: Шекспир (знаменитые пьесы), Байрон ("Сердолик"), Гёте ("Фауст"), Шелли ("Прогулки дьявола"), Гейне ("Бродячие крысы"). Продолжая поэтическую традицию эпохи Возрождения, эти поэты продолжали поклоняться культу личности, но это поклонение обостряется философскими поисками. Их романтика оборачивается трагедией в результате этих поисков смысла жизни и предназначения человека.

Стихи востока

Поистине классическими стали хокку и танка - жанры японской поэзии, в которых пробуют себя многие поэты. Стихи классиков Востока очень жизнеутверждающие и философские. Они заставляют задуматься о самых глубинных проблемах человеческого бытия.

  • Бабарахим Машраб - узбекский поэт, живший в конце XVII века, писал стихи в жанре так называемых газелей - изящные и лёгкие, как эти дикие животные
  • Такубоку - японский классик конца XIX века, чьи стихи знает наизусть любой японский школьник
Русские классики
XIX век

Русская классическая поэзия берёт своё начало со стихов великого Пушкина, которые были написаны лёгким и понятным языком. Стихи классиков "золотого века" русской литературы отличались самобытностью, так как могли вобрать в себя всё: и романтику, и реализм, и трагедию, и юмор.

  • Пушкинские эпиграммы едки и насмешливы: "На Аракчеева"
  • Лермонтовская поэзия глубока и трагична: "Дума"
  • Лирика Фета - энциклопедия философии бытия: цикл стихов "Снега"
  • В стихах Тютчева - два полярных мира - ночной и дневной: "О чем ты воешь, ветр ночной?.."
XX век

Спустя век сложная историческая обстановка в России спровоцировала новый всплеск в поэзии. Есенин, Бунин, Блок, Цветаева, Ахматова, Гумилёв - это неполный список классиков того времени. Красивое название "серебряный век" не передаёт того ужасного мироощущения, с которым сталкивается человек в страшное для России время. Всю его боль, все его мучительные вопросы без ответов звучат в стихах русских классиков того времени.

Стихи классиков - это та часть мировой культуры, которая никогда не иссякнет, словно родник, напояющий сердца людей красотой и истиной.

Мы в Google+

Стихи классиков

Марина Цветаева

"Мама, милая, не мучь же!
Мы поедем или нет?"
Я большая,- мне семь лет,
Я упряма,- это лучше.

Удивительно упряма:
Скажут нет, а будет да.
Не поддамся никогда,
Это ясно знает мама.

"Поиграй, возьмись за дело,
Домик строй".- "А где картон?"
"Что за тон?"- "Совсем не тон!
Просто жить мне надоело!

Надоело... жить... на свете,
Все большие - палачи,
Давид Копперфильд"... - "Молчи!
Няня, шубу! Что за дети!"

Прямо в рот летят снежинки...
Огонечки фонарей...
"Ну, извозчик, поскорей!
Будут, мамочка, картинки?"

Сколько книг! Какая давка!
Сколько книг! Я все прочту!
В сердце радость, а во рту
Вкус соленого прилавка.


VN:F [1.9.22_1171]

Александр Пушкин

Как сладостно!.. но, боги, как опасно
Тебе внимать, твой видеть милый взор!..
Забуду ли улыбку, взор прекрасный
И огненный, волшебный разговор!
Волшебница, зачем тебя я видел —
Узнав тебя, блаженство я познал —
И счастие мое возненавидел.


VN:F [1.9.22_1171]

Александр Пушкин

Любви, надежды, тихой славы
Недолго нежил нас обман,
Исчезли юные забавы,
Как сон, как утренний туман;
Но в нас горит еще желанье;
Под гнетом власти роковой
Нетерпеливою душой
Отчизны внемлем призыванье.
Мы ждем с томленьем упованья
Минуты вольности святой,
Как ждет любовник молодой
Минуты верного свиданья.
Пока свободою горим,
Пока сердца для чести живы,
Мой друг, отчизне посвятим
Души прекрасные порывы!
Товарищ, верь: взойдет она,
Звезда пленительного счастья,
Россия вспрянет ото сна,
И на обломках самовластья
Напишут наши имена!


VN:F [1.9.22_1171]

Сергей Есенин

Эх вы, сани! А кони, кони!
Видно, черт их на землю принес.
В залихватском степном разгоне
Колокольчик хохочет до слез.

Ни луны, ни собачьего лая
В далеке, в стороне, в пустыре.
Поддержись, моя жизнь удалая,
Я еще не навек постарел.

Пой, ямщик, вперекор этой ночи,-
Хочешь, сам я тебе подпою
Про лукавые девичьи очи,
Про веселую юность мою.

Эх, бывало, заломишь шапку,
Да заложишь в оглобли коня,
Да приляжешь на сена охапку,-
Вспоминай лишь, как звали меня.

И откуда бралась осанка,
А в полуночную тишину
Разговорчивая тальянка
Уговаривала не одну.

Все прошло. Поредел мой волос.
Конь издох, опустел наш двор.
Потеряла тальянка голос,
Разучившись вести разговор.

Но и все же душа не остыла,
Так приятны мне снег и мороз,
Потому что над всем, что было,
Колокольчик хохочет до слез.


VN:F [1.9.22_1171]

Анна Ахматова

Широк и желт вечерний свет,
Нежна апрельская прохлада.
Ты опоздал на много лет,
Но все-таки тебе я рада.

Сюда ко мне поближе сядь,
Гляди веселыми глазами:
Вот эта синяя тетрадь -
С моими детскими стихами.

Прости, что я жила скорбя
И солнцу радовалась мало.
Прости, прости, что за тебя
Я слишком многих принимала.


VN:F [1.9.22_1171]

Михаил Лермонтов

Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ,
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ.

Быть может, за стеной Кавказа
Укроюсь от твоих пашей,
От их всевидящего глаза,
От их всеслышащих ушей.


VN:F [1.9.22_1171]

Марина Цветаева

У нас за робостью лица
Скрывается иное.
Мы непокорные сердца.
Мы молоды. Нас трое.

Мы за уроком так тихи,
Так пламенны в манеже.
У нас похожие стихи
И сны одни и те же.

Служить свободе - наш девиз,
И кончить, как герои.
Мы тенью Шиллера клялись.
Мы молоды. Нас трое.


VN:F [1.9.22_1171]

Сергей Есенин

Мне грустно на тебя смотреть,
Какая боль, какая жалость!
Знать, только ивовая медь
Нам в сентябре с тобой осталась.

Чужие губы разнесли
Твое тепло и трепет тела.
Как будто дождик моросит
С души, немного омертвелой.

Ну что ж! Я не боюсь его.
Иная радость мне открылась.
Ведь не осталось ничего,
Как только желтый тлен и сырость.

Ведь и себя я не сберег
Для тихой жизни, для улыбок.
Так мало пройдено дорог,
Так много сделано ошибок.

Смешная жизнь, смешной разлад.
Так было и так будет после.
Как кладбище, усеян сад
В берез изглоданные кости.

Вот так же отцветем и мы
И отшумим, как гости сада...
Коль нет цветов среди зимы,
Так и грустить о них не надо.


VN:F [1.9.22_1171]

Михаил Лермонтов

Ночевала тучка золотая
На груди утеса-великана;
Утром в путь она умчалась рано,
По лазури весело играя;

Но остался влажный след в морщине
Старого утеса. Одиноко
Он стоит, задумался глубоко,
И тихонько плачет он в пустыне.


VN:F [1.9.22_1171]

Михаил Лермонтов

Настанет год, России черный год,
Когда царей корона упадет;
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь;
Когда детей, когда невинных жен
Низвергнутый не защитит закон;
Когда чума от смрадных, мертвых тел
Начнет бродить среди печальных сел,
Чтобы платком из хижин вызывать,
И станет глад сей бедный край терзать;
И зарево окрасит волны рек:
В тот день явится мощный человек,
И ты его узнаешь - и поймешь,
Зачем в руке его булатный нож;
И горе для тебя!- твой плач, твой стон
Ему тогда покажется смешон;
И будет все ужасно, мрачно в нем,
Как плащ его с возвышенным челом.


VN:F [1.9.22_1171]