Стихи классиков

Задумывались ли Вы когда-нибудь о происхождении сленгового слова "класс", которое сейчас так популярно среди молодёжи? Классный - первоклассный - классический - образцовый. Стихи классиков всех времён и народов - тот самый образец мыслей, чувств, тем, который отражает в себе весь человеческий мир с его противоречиями, болью, счастьем. Тот, кто не только понаслышке знает настоящих классических поэтов, по-настоящему культурный человек.

Поэты античности

Многие культуроведы по праву приравнивают понятие классического к древнегреческому. Действительно, культура Античности стала образцом, на который ориентировалась мировая поэзия в течение многих последующих веков.

  • Луций Анней Сенека - древнеримский поэт, живший около IV века до н. э. ("О развалинах Греции")
  • Гораций - древнеримский поэт, живший около VIII века до н. э. ("Оды")

Высокий, торжественный стиль стихов этих классиков стал примером для подражания для многих более поздних поэтов.

Лирика эпохи возрождения

Бессмертная классическая поэзия Данте, Петрарки и Боккаччо выводит на авансцену личность с его внутренними переживаниями. Культура наконец оторвалась от тяжёлых тем и обратила свой взор на мятущуюся в поисках любви и истины душу простого человека. Стихи классиков этой эпохи - чувственность и лёгкость: "Стихи о каменной даме" Данте, волшебные сонеты Петрарки, "О женщина, услада из услад..." Боккаччо.

Европейская классика

Имена европейских классических поэтов известны всему миру: Шекспир (знаменитые пьесы), Байрон ("Сердолик"), Гёте ("Фауст"), Шелли ("Прогулки дьявола"), Гейне ("Бродячие крысы"). Продолжая поэтическую традицию эпохи Возрождения, эти поэты продолжали поклоняться культу личности, но это поклонение обостряется философскими поисками. Их романтика оборачивается трагедией в результате этих поисков смысла жизни и предназначения человека.

Стихи востока

Поистине классическими стали хокку и танка - жанры японской поэзии, в которых пробуют себя многие поэты. Стихи классиков Востока очень жизнеутверждающие и философские. Они заставляют задуматься о самых глубинных проблемах человеческого бытия.

  • Бабарахим Машраб - узбекский поэт, живший в конце XVII века, писал стихи в жанре так называемых газелей - изящные и лёгкие, как эти дикие животные
  • Такубоку - японский классик конца XIX века, чьи стихи знает наизусть любой японский школьник
Русские классики
XIX век

Русская классическая поэзия берёт своё начало со стихов великого Пушкина, которые были написаны лёгким и понятным языком. Стихи классиков "золотого века" русской литературы отличались самобытностью, так как могли вобрать в себя всё: и романтику, и реализм, и трагедию, и юмор.

  • Пушкинские эпиграммы едки и насмешливы: "На Аракчеева"
  • Лермонтовская поэзия глубока и трагична: "Дума"
  • Лирика Фета - энциклопедия философии бытия: цикл стихов "Снега"
  • В стихах Тютчева - два полярных мира - ночной и дневной: "О чем ты воешь, ветр ночной?.."
XX век

Спустя век сложная историческая обстановка в России спровоцировала новый всплеск в поэзии. Есенин, Бунин, Блок, Цветаева, Ахматова, Гумилёв - это неполный список классиков того времени. Красивое название "серебряный век" не передаёт того ужасного мироощущения, с которым сталкивается человек в страшное для России время. Всю его боль, все его мучительные вопросы без ответов звучат в стихах русских классиков того времени.

Стихи классиков - это та часть мировой культуры, которая никогда не иссякнет, словно родник, напояющий сердца людей красотой и истиной.

Мы в Google+

Стихи классиков

Михаил Лермонтов

Сидел рыбак веселый
На берегу реки,
И перед ним по ветру
Качались тростники.
Сухой тростник он срезал
И скважины проткнул,
Один конец зажал он,
В другой конец подул.

И, будто оживленный,
Тростник заговорил —
То голос человека
И голос ветра был.
И пел тростник печально:
«Оставь, оставь меня!
Рыбак, рыбак прекрасный,
Терзаешь ты меня!

И я была девицей,
Красавица была,
У мачехи в темнице
Я некогда цвела,
И много слез горючих
Невинно я лила;
И раннюю могилу
Безбожно я звала.

И был сынок любимец
У мачехи моей,
Обманывал красавиц,
Пугал честных людей.
И раз пошли под вечер
Мы на берег крутой
Смотреть на сини волны,
На запад золотой.

Моей любви просил он,—
Любить я не могла,
И деньги мне дарил он,—
Я денег не брала;
Несчастную сгубил он,
Ударив в грудь ножом,
И здесь мой труп зарыл он
На берегу крутом;

И над моей могилой
Взошел тростник большой,
И в нем живут печали
Души моей младой.
Рыбак, рыбак прекрасный,
Оставь же свой тростник.
Ты мне помочь не в силах,
А плакать не привык!»


VN:F [1.9.22_1171]

Михаил Лермонтов

Терек воет, дик и злобен,
Меж утесистых громад,
Буре плач его подобен,
Слезы брызгами летят.
Но, по степи разбегаясь,
Он лукавый принял вид
И, приветливо ласкаясь,
Морю Каспию журчит:

"Расступись, о старец море,
Дай приют моей волне!
Погулял я на просторе,
Отдохнуть пора бы мне.
Я родился у Казбека,
Вскормлен грудью облаков,
С чуждой властью человека
Вечно спорить я готов.
Я, сынам твоим в забаву,
Разорил родной Дарьял
И валунов им, на славу,
Стадо целое пригнал".

Но, склонясь на мягкий берег,
Каспий стихнул, будто спит,
И опять, ласкаясь, Терек
Старцу на ухо журчит:

"Я привез тебе гостинец!
То гостинец не простой:
С поля битвы кабардинец,
Кабардинец удалой.
Он в кольчуге драгоценной,
В налокотниках стальных:
Из Корана стих священный
Писан золотом на них.
Он упрямо сдвинул брови,
И усов его края
Обагрила знойной крови
Благородная струя;
Взор открытый, безответный,
Полон старою враждой;
По затылку чуб заветный
Вьется черною космой".

Но, склонясь на мягкий берег,
Каспий дремлет и молчит;
И, волнуясь, буйный Терек
Старцу снова говорит:

"Слушай, дядя: дар бесценный!
Что другие все дары?
Но его от всей вселенной
Я таил до сей поры.
Я примчу к тебе с волнами
Труп казачки молодой,
С темно-бледными плечами,
С светло-русою косой.
Грустен лик ее туманный,
Взор так тихо, сладко спит,
А на грудь из малой раны
Струйка алая бежит.
По красотке молодице
Не тоскует над рекой
Лишь один во всей станице
Казачина гребенской.
Оседлал он вороного,
И в горах, в ночном бою,
На кинжал чеченца злого
Сложит голову свою".

Замолчал поток сердитый,
И над ним, как снег бела,
Голова с косой размытой,
Колыхаяся, всплыла.

И старик во блеске власти
Встал, могучий, как гроза,
И оделись влагой страсти
Темно-синие глаза.

Он взыграл, веселья полный,-
И в объятия свои
Набегающие волны
Принял с ропотом любви.


VN:F [1.9.22_1171]

Марина Цветаева

Серый ослик твой ступает прямо,
Не страшны ему ни бездна, ни река...
Милая Рождественская дама,
Увези меня с собою в облака!

Я для ослика достану хлеба,
(Не увидят, не услышат,- я легка!)
Я игрушек не возьму на небо...
Увези меня с собою в облака!

Из кладовки, чуть задремлет мама,
Я для ослика достану молока.
Милая Рождественская дама,
Увези меня с собою в облака!


VN:F [1.9.22_1171]

Сергей Есенин

Еду. Тихо. Слышны звоны
Под копытом на снегу.
Только серые вороны
Расшумелись на лугу.

Заколдован невидимкой,
Дремлет лес под сказку сна.
Словно белою косынкой
Повязалася сосна.

Понагнулась, как старушка,
Оперлася на клюку,
А под самою макушкой
Долбит дятел на суку.

Скачет конь, простору много.
Валит снег и стелет шаль.
Бесконечная дорога
Убегает лентой вдаль.


VN:F [1.9.22_1171]

Анна Ахматова

Помолись о нищей, о потерянной,
О моей живой душе,
Ты в своих путях всегда уверенный,
Свет узревший в шалаше.

И тебе, печально-благодарная,
Я за это расскажу потом,
Как меня томила ночь угарная,
Как дышало утро льдом.

В этой жизни я немного видела,
Только пела и ждала.
Знаю: брата я не ненавидела
И сестры не предала.

Отчего же Бог меня наказывал
Каждый день и каждый час?
Или это ангел мне указывал
Свет, невидимый для нас?


VN:F [1.9.22_1171]

Михаил Лермонтов

Белеет парус одинокой
В тумане моря голубом!..
Что ищет он в стране далекой?
Что кинул он в краю родном?..

Играют волны - ветер свищет,
И мачта гнется и скрыпит...
Увы! он счастия не ищет
И не от счастия бежит!

Под ним струя светлей лазури,
Над ним луч солнца золотой...
А он, мятежный, просит бури,
Как будто в бурях есть покой!


VN:F [1.9.22_1171]

Александр Пушкин

Как сладостно!.. но, боги, как опасно
Тебе внимать, твой видеть милый взор!..
Забуду ли улыбку, взор прекрасный
И огненный, волшебный разговор!
Волшебница, зачем тебя я видел —
Узнав тебя, блаженство я познал —
И счастие мое возненавидел.


VN:F [1.9.22_1171]

Александр Пушкин

Мне не спится, нет огня;
Всюду мрак и сон докучный.
Ход часов лишь однозвучный
Раздается близ меня,
Парки бабье лепетанье,
Спящей ночи трепетанье,
Жизни мышья беготня...
Что тревожишь ты меня?
Что ты значишь, скучный шепот?
Укоризна или ропот
Мной утраченного дня?
От меня чего ты хочешь?
Ты зовешь или пророчишь?
Я понять тебя хочу,
Смысла я в тебе ищу...


VN:F [1.9.22_1171]

Сергей Есенин

Эх вы, сани! А кони, кони!
Видно, черт их на землю принес.
В залихватском степном разгоне
Колокольчик хохочет до слез.

Ни луны, ни собачьего лая
В далеке, в стороне, в пустыре.
Поддержись, моя жизнь удалая,
Я еще не навек постарел.

Пой, ямщик, вперекор этой ночи,-
Хочешь, сам я тебе подпою
Про лукавые девичьи очи,
Про веселую юность мою.

Эх, бывало, заломишь шапку,
Да заложишь в оглобли коня,
Да приляжешь на сена охапку,-
Вспоминай лишь, как звали меня.

И откуда бралась осанка,
А в полуночную тишину
Разговорчивая тальянка
Уговаривала не одну.

Все прошло. Поредел мой волос.
Конь издох, опустел наш двор.
Потеряла тальянка голос,
Разучившись вести разговор.

Но и все же душа не остыла,
Так приятны мне снег и мороз,
Потому что над всем, что было,
Колокольчик хохочет до слез.


VN:F [1.9.22_1171]

Александр Пушкин

Любви, надежды, тихой славы
Недолго нежил нас обман,
Исчезли юные забавы,
Как сон, как утренний туман;
Но в нас горит еще желанье;
Под гнетом власти роковой
Нетерпеливою душой
Отчизны внемлем призыванье.
Мы ждем с томленьем упованья
Минуты вольности святой,
Как ждет любовник молодой
Минуты верного свиданья.
Пока свободою горим,
Пока сердца для чести живы,
Мой друг, отчизне посвятим
Души прекрасные порывы!
Товарищ, верь: взойдет она,
Звезда пленительного счастья,
Россия вспрянет ото сна,
И на обломках самовластья
Напишут наши имена!


VN:F [1.9.22_1171]